Меню

Яндекс.Метрика

Штурм «Голубой линии»

УвеличитьУспешное наступление советских войск на Левобережной Украине, освобождение северного побережья Азовского моря поставило группировку гитлеровских войск на Таманском полуострове в сложное положение. Оказавшись в изоляции, немецко-румынские части общей численностью до 400.000 солдат и офицеров приковали значительные силы Красной Армии и закрыли пути для наступления наших войск на Крымский полуостров с востока – через Керченский пролив.

 

 

 

 

УвеличитьПротивник создал в занимаемом районе систему мощных оборонительных сооружений, получившую название «Голубая линия». Её фланги упирались в Азовское и Чёрное моря. На северном участке обороны фашистов находились болотистые низменности, с плавнями и многочисленными лиманами. Все эти природные факторы создавали сложности для полномасштабного наступления наших частей и соединений.
Центральный участок был укреплён особенно сильно: две полосы обороны общей глубиной до 25 километров, оборудованные опорными пунктами с дотами и дзотами, минными полями и проволочными заграждениями. Южный проходил по труднодоступной горно-лесистой местности. Надеясь на непреодолимость своей обороны, враг стремился как можно дольше удерживать свои позиции на кубанской земле.
Ставка Верховного Главнокомандования поставила перед войсками Северо-Кавказского фронта задачи: прорвать «Голубую линию», рассечь вражескую группировку стремительным выходом к переправам через Старую Кубань, отрезать вражеским силам пути отступления на Керченский полуостров, окружить и уничтожить её.
В 1943 году в ряды Красной Армии призвали кубанскую молодёжь, многим из новобранцев едва исполнилось восемнадцать лет. Однако за счёт этого пополнения укомплектовывали личный состав частей и соединений, которые понесли огромные потери в результате битвы за Кавказ и боях на территории Краснодарского края.
– Меня призвали 15 апреля 1943 года, за полгода до моего совершеннолетия, вскоре после освобождения нашего района от немецко-фашистских оккупантов, – вспоминал каневчанин Михаил Алексеевич Куц. – Нас недолго обучали стрелковой подготовке, затем мы были направлены под Краснодар, западнее которого шли тяжёлые бои с противником.
Их, необстрелянных и совсем юных, бросили на закрытие бреши, которая образовалась в нашей обороне после прорыва немцев. Оружие получил каждый десятый, бойцов проинструктировали об ответственности и наказании, которое они могут понести, вплоть до расстрела, если потеряют единственную на отделение винтовку. Если в бою убьют товарища, у которого есть оружие, следует его подобрать и продолжить выполнять поставленную боевую задачу. При удобном случае можно было взять оружие убитого врага.
После этого боя полегли почти все новобранцы, а те, кто выжил, приняли воинскую присягу, доказав на деле верность священному долгу – защищать свою Родину.
– Я призывался с хутора Бурсаки, – рассказывал Михаил Куц. – У меня было всего пять классов образования, а многие мои сослуживцы и вовсе не могли читать. Поэтому я читал текст присяги, а другие ребята повторяли за мной.
Потом их часть, 66-й стрелковый полк, была переброшена на штурм «Голубой линии». По словам многих участников этих боёв, здесь был сущий ад. Наши потери были велики, враг бился отчаянно.
Возле посёлка Нижнебаканского в одну из воронок сваливали трупы убитых красноармейцев, в этой братской могиле оказался и тяжелораненый Михаил Куц.
Он находился без сознания, когда его подобрали наши бойцы и, приняв за мёртвого, отнесли на место захоронения. Юноша очнулся от страшной боли, его, раненого, придавили телами погибших товарищей. Яма ещё не была зарыта, но все его попытки вылезти самостоятельно успеха не имели. Парня заметил проходивший мимо политрук: «Миша, ты что, живой?».
Но даже раненые бойцы оставались в строю, поэтому красноармеец Куц с перебитыми ногами продолжал находиться на огневой точке и вести огонь из пулемёта. Потом были и другие сражения, но самыми страшными и тяжёлыми в памяти ветерана остались первые бои, в которых он принял участие ещё мальчишкой, переживал гибель таких же юнцов, его друзей, ещё вчера мечтавших вместе с ним поскорее стать взрослыми.
Говорят, что война не закончена, пока не будет похоронен последний солдат. Но если судить по количеству останков погибших воинов Великой Отечественной войны, которые продолжают находить в местах, где когда-то гремели бои, то можно говорить с уверенностью, что эхо минувшей войны будет звучать ещё долго. У любого нашего соотечественника есть родственники, не вернувшиеся с полей сражений в 1941 – 1945 годах.
Особенно тяжело, когда по сей день остаётся неизвестным ни время, ни место гибели близкого человека. А в полученном семьёй извещении, прозванном в народе «похоронкой», страшная неопределённость: «Пропал без вести». Кто знает, сколько миллионов матерей и жён ушло из жизни,
так ничего и не узнав о судьбе своего сына или мужа.
Чтобы рассеять туман неизвестности и вернуть имена безымянным героям, у нас в стране существуют поисковые отряды. Они активно занимаются раскопками на местах боёв, проводят колоссальную исследовательскую работу, ликвидируя тем самым пробелы в истории Великой Отечественной войны. Один из таких отрядов – «Набат» под руководством Евгения Порфирьева – действует в Краснодарском крае.
Несколько лет назад благодаря «набатовцам» были найдены возле посёлка Молдавановка на безымянной высоте 232 воина Красной Армии, погибших при штурме «Голубой линии». По обнаруженным поисковиками десяти медальонам, принадлежавшим погибшим, удалось узнать фамилии, а также войсковую часть, в составе которой воевали найденные солдаты и офицеры.
Среди погибших военнослужащих 221-го стрелкового полка оказался и наш земляк, призванный из станицы Челбасской, Александр Васильевич Клопотов 1925 года рождения.
После нашего обращения к челбасянам помочь отыскать родственников красноармейца Клопотова в редакцию «10-го канала» поступило немало звонков. Нам удалось собрать массу ценной информации как о самом погибшем, так и о его родственниках.
– Александр Клопотов ушёл на фронт вместе со своими товарищами: Николаем Евлашем, Николаем Федоренко, Михаилом Ушатовым и Николаем Трояном, – рассказывал мне Александр Игнатьевич Фалько, друг детства погибшего солдата. – Все они, кроме Николая Трояна, погибли за освобождение Кубани.
В посёлке Нижнебаканском прошло торжественное перезахоронение останков наших воинов, найденных поисковиками у Молдавановки. Сюда приезжали и наши земляки, хорошо знавшие Александра Клопотова: челбасяне Александр Фалько, Николай Бугаёв, Николай Кекало.
Идут годы, поисковики продолжают свою общественно-полезную работу в тех местах, где наши деды брали вражескую твердыню, показав всему миру образцы мужества, отваги и воинской доблести.
Подвиг этих героев бессмертен!


Константин БАНДИН («10-й канал» № 38 от 14 сентября 2018 года)